Об остатках древних армянских церквей Феодосии. Журнал Голубь Масиса 1860г.

Суббота, Июнь 11, 2022 189
Об остатках древних армянских церквей Феодосии 1860г.

Об остатках древних армянских церквей Феодосии. Журнал Голубь Масиса 1860г.


   Данная статья была опубликована в приложении "Радуга " к журналу "Голубь Масиса" за ноябрь 1860г.  

К статье добавлены иллюстрации описываемых храмов. Авторская манера  изложения сохранена за редкими исключениями для комфортного чтения. 

РАДУГА . НОЯБРЬ 1860г. ВЫПУСК № 11
"Об остатках древних армянских церквей Феодосии."


Основываясь на некоторые исторические свидетельства, можно с достоверностью заключить, что армянские колонии появились в Крыму ещё в конце 13 или никак не позднее начала 14 столетия. Так, в уставе крымских колоний генуэзцев (они приложены в конце книги господина Элли де ла Примоде «Certus Ordo de Caffa», обнародованном 1316 года, августа 30, между прочим, сказано:

«salvo quod terra aliqua, que sit intra dictos confines et super qua solita consueverit? Ab antique aliqua ecclesiaGrecorum? Ervineurum vel Russorum et emitora solita dictarum ecclesiarum, non sedebeat dictus consul intromittere»

и проч. то есть

«Постановляется, что консул не должен вмешиваться во владение теми землями, которые лежат пониже поименованных границ, и на которых находятся или с издавна находились какие-либо из церквей, принадлежащие грекам, армянам или русским, или-землями, где находится зависящее от этих церквей пустыни.»

 В этом же уставе, в другом месте, упоминается, что земля, на которой с древних времён стояли две целые и одна разрушенные армянские церкви, никоим образом не должны быть подвергаемы продаже. Следовательно, армянские поселенцы уже находились в Крыму гораздо раньше 1319 года, эпохи, когда знаменитый город древней Армении, Ани, подвергся страшному землетрясению, и когда многие семейства армянские, вышедшие из этого города, ищущие себе убежища, пришли в Крым и поселились в Кафе, под защитой генуэзской республики. 

Князь Иосиф Аргутинский-Долгорукий, первый архиепископ армянских церквей в России, в своей записке об армянах, сообщённой им князю Потёмкину-Таврическому, полагал, что крымские армяне происходят от тех армян, которые, после завоевания в 1262 году их отечества татарами, были переведены в астраханские и казанские страны, и оттуда выслали свои колонии в Крым. Эти колонисты водворились в Кафе, в Старом Крыму и между Карасубазаром. 

Весьма древние развалины армянских церквей, число которых было очень значительно в юго-восточной части крымского полуострова, и приведённые нами места из устава крымских колоний, как нам кажется, эту догадку князя Долгорукого  - Аргутинского  г. Кеппен (Крым. Сборн. Стр.17) говорит, что церкви армянские, коих остатки видны на восточной оконечностях Южного берега, близ двуякорного кордона и на скате горы Карадаг, доказывают, что армяне, созидавшие храмы, были или достаточные или более щедрые, нежели греки, которые в горах не оставили по себе ни одного памятника, заслуживающего особенного внимания. 

На этот раз мы намерены заняться описанием одних остатков армянских церквей в Феодосии.  

Пейсонель, который был в Крыму в 1753 году, по поручению французского правительства, в сочинении своём Trade sur le commerct de lu mer Noire, говорит, что в это время в Феодосии церквей армянских находилась 24; но он тут же упоминает, что шесть из этих церквей уже тогда не были посещаемые. А другой француз, Пьер де Боплан, писавший веком ранее, в изданном в 1660 году, в Рауне, описание Украины, говорит, что тогда в Кафе было 45 церквей: 12 греческих, 32 армянских и одна католическая. По армянским же источникам, именно в одной древней армянской рукописи упоминается, что внутри крепостных стен Кафы заключалось 29 армянских церквей; а другие 16, по тесноте места, были построены за крепостными стенами. Со всеми этими свидетельствами о количестве армянских церквей в Феодосии легко согласиться. Если припомним, что уже в 1316 году число армян в Кафе было до такой степени значительно, что они занимали здесь один из обширнейших городских кварталов и имели своего собственного епископа, который, как видно, обладал большими материальными средствами. Он построил на собственный счёт один из главных городских водопроводов в Кафе, и в постановлениях, касающихся поселений в Крыму, была статья, которая предписывала неприкосновенность водопровода армянского епископа. 

Архимандрит Минас Медичи (Минас Бжишкян, Медици ред. Т.Ян), путешествующий в Крыму в 1825 году, в описании своего путешествия изданом на армянском языке в Венеции, говорит, что, во время завладения Крыма русскими, в Феодосии находилось 24 армянских церкви, но, что во время его путешествий посещались только следующие из них: святых архангелов, святого Сергия, святого Феодора и монастырь святого Георгия; а все прочие армянские церкви были оставлены и лежали или в совершенным запустении или в развалинах. Главная причина такого запустения церквей произошла от уменьшения в Крыму армянского населения. Когда, по кючук-кайнарджийскому миру (1774 года) Крым объявлен был независимым от Порты Оттоманской, то большая часть крымских армян, в 1779 году, выселилась оттуда в Россию, именно на Дон, а армяне-католики перешли в Екатеринослав. Первые из них основали г. Нахичевань на Дону и несколько деревень в окрестностях этого города, заселённых и поныне исключительно одними армянами; а армяне-католики из Екатеринослава снова возвратились в Крым и поселились большая часть в Карасубазаре. 

После этого, весьма значительного выселения армян из Крыма, некому было поддержать того количества здешних армянских церквей, которые существовала прежде; с уменьшением населения, естественно, должно было уменьшиться и число церквей, и потому то многие из них были оставлены и приходили в запустение. Так после описания Минаса Медичи, служение постепенно прекращалось в церквях: святого Сергия и Феодора; а посещалось только одна церковь Святых архангелов и монастырь святого Георгия.

В 1858 году возобновлены монастырь святого Георгия и одна из давно оставленных древних армянских церквей, которая, несмотря на то, что она лежала в развалинах, привлекала к себе ежегодно большое число поклонников. Это церковь святого Иоакима и Анны. О ея возобновлении мы скажем ниже, а теперь займёмся описанием четырёх каменных, старинных армянских церквей, уцелевших и поныне внутри феодосийского Карантина. Что все эти церкви действительно армянские, в этом нет никакого сомнения. На это указывают: во-первых, свидетельство из армянских летописей, приводимых архимандритом в названном нами выше путешествии; а во-вторых уцелевшие, в многих местах, на стенах этих церквей армянские надписи.

Все они сооружены на весьма надёжных сводах и такой массивной и крепкой постройки, что могут смело простоять ещё столько же веков сколько прошло от их первоначального сооружения. Они сложены из извести, из крепкого камня, из того самого, который генуэзцы употребляли на сооружении своих громадных укреплений в Кафе. В некоторых из них время не успело ещё и сгладить на стенах фресковых изображений святых; в иных местах, по стенам и у полусводов где были алтари, сохранились довольно хорошо резные камни, рельефные изображения святых и другие украшения; а местами вставлены в стены особые камни с узорчатыми крестами.

 Эти четыре церкви, по словам архимандрита Минаса , сооружены во имя следующих святых: 

1)     Святого Иоанна Крестителя. Она представляет здание, без всяких внешних украшений, но замечательное по своей архитектуре и по массивности своей постройки. Главным фасадом церковь обращена к древней генуэзской цитадели и к тянущейся от ея крепостной стене, которая грозит теперь окончательным разрушением. Эта церковь долго служила магазином, для склада различных вещей, принадлежащих карантину; но с 1857 года она обращена в православную церковь во имя Иверской Божьей Матери. При возобновлении её, к счастью, не сделано никаких важных перестроек в главном церковном здании; только над дверью, ведущую из притвора, которая была слишком низкая, вынут камень, с высеченным на нём изображением усекновение головы Иоанна Предтечи. 

По мнению господина Дюбуа, церковь – эта, есть один из древнейших армянских храмов в Кафе и, как по внешнему своему виду, так и по внутреннему расположению представляет образец древней армянской архитектуры, и может служить точную копию храмов: существующих и по ныне в Армении. При входе в храм, довольно обширный притвор, потом средняя часть церкви, отделённая от притвора колоннами, поддерживающими крепкие и весьма красивые своды; далее -купол над алтарём и место для хоров, с боковыми пристройками. Портик особенно останавливает зрителя как часть здания, более всего украшенное при взгляде на его орнаментовку и расположение, говорит г.Дюбуа приходит на память портик Эчмиадзинского собора; только вместо круглых сводов мы здесь встречаем стрельчатые генуэзские своды; карнизы, капители, розетки здесь столь же разнообразны, как и в стиле готическом или византийском. По углам бордюра, оформляющего аркаду портика, видны ещё до сих пор, иссечённые на камне, два изображения святых. Дюбуа полагает, что это изображение святого Григория Великой Армении, столь чтимого как грузинами, так и армянами. Одна из них, в правом углу, действительно изображение святого Григория Просветителя; но другое, с левой стороны, совершенно не схожее с первым, как кажется, скорее изображение пророка Даниила. Оба эти изображения прекрасно сохранились, так-же как и изображение над алтарём-спасителя и вокруг него 12 апостолов, иссечённые на камне, довольно высоко под куполом. Внутренние и внешние стены церкви покрыты ещё другими, вырезанными на камнях, украшениями, преимущественно крестами, расположенными один на другом, точно так же, как и в церквях Армении. Интересно поэтому наблюдать, с каким постоянством и как верно сохранили армяне, во всех своих отдалённых колонизациях, предание того стиля церковной архитектуры, который процветал в их первобытной родине. Это можно видеть в каждой архитектурной подробности. 

Архимандрит Минас говорит, что по свидетельству прежних армянских писателей, вокруг этой церкви находилось строение в роде монастыря; а одна из сохранившихся здесь армянских надписей указывает, что церковь эта в 1661 году была обновлена Барон дер-баба  сыном Хаджи-Мсер. В притворе храма, в стене, есть камень с армянской надписью, которую трудно прочесть; а под надписью изображение змея и всадника с конём вырезанная рельефом; но изображение - это стёрлось от времени, так что его нельзя ясно разглядеть.

2)     Святого Иоанна Евангелиста-церковь изрядной величины, стоящая неподалёку от первой, на сводах, но без купола; она служит теперь магазином. Передняя пристройка церкви, может быть, составлявшая притвор, начинает разрушаться, хотя сама церковь весьма крепкой постройки. В этой церкви, равно как и в церкви Святой Пятницы по уверению  архимандрита Минаса, некогда греки служили свою литургию. 

3)     Святого Урпата, что по-армянски значит Святой Пятницы (по-гречески -  Параскевы) небольшая церковь, со сводами; она также служит теперь складочным  местом для различных вещей, и в архитектурном отношении ничего замечательного. Внизу, в стене примыкающей к этой церкви, вложен камень, на котором сохранилась следующая, довольно стёртая от времени, армянская надпись….. покоится, 47 (вероятно, лета погребённого священник Антоний Ерацпотанян? (ред. Т. Ян) ;  лета армянского исчисления 1035, а Господня 1586. 

4)     Святого Стефана- довольно обширная и высокая церковь, построенная на сводах. Она особенно замечательна по сохранившимся в ней до сих пор фресковым изображениям, над алтарём и над дверью, при входе. Заметно, что фрески эти несколько раз покрывались штукатуркой; но она отваливалась, а краски фресков и изображения мало утратили своей яркости и живости; это особенно можно сказать о фресках над алтарём, где одежда и лица святых видны явственно и отчётливо.

При этой церкви находится каменный фонтан, с превосходную водою; на фонтане сохранилось следующее армянская надпись:

Сей фонтан построен в память Вартересом и жены его Мелеки; лета армянского исчисления 940, а Господня 1.490. 

Внизу другая надпись, возобновление фонтана:

снова переделан Даниилом Магдеси Агопом; лета армянского исчисления 1.192, и Господня 1643.

     Вода из этого фонтана подземными трубами проходит в другой фонтан, который находится почти на берегу моря.

Перейдём теперь к другой, весьма древней армянской церкви, о который мы упомянули,- церкви святого и Иоакима и Анны. Она была построена на весьма возвышенном месте по южную сторону города.

     По сказаниям армянских летописей, за несколько сот лет пред сии, церковь святого Иоакима и Анны была одним из самых известных священных мест, куда стекались на поклонение со всех сторон не одни только крымские армяне, но даже и христиане других вероисповеданий. В недальном расстоянии от этой церкви некогда находился монастырь, близ которого, по обширности города Феодосии, раскинуты были дома жителей армян. Почти 100 лет, как этот монастырь был разрушен до основания, но развалившиеся три стены церкви ещё виднелись местами на пол или на четверть аршина от земли. Несмотря на то, что церковь Иоакима и Анны представляла одну груду камней, народ постоянно стремился туда на поклонение, а в самый день празднования Иоакима и Анны в этих развалинах совершалось литургия. Место, где стояла эта церковь была тем более священна для армян, что здесь был погребён один из мучеников за веру Луйс Барон, память которого все крымские армяне свято чтут до настоящего времени. В армянских мартирологах говорится, что Луйс Барон был юноша, армянин, которого турки, в 1578 году, в царствование султана Селима, насильно хотели обратить в мусульманство. Но, несмотря на все истязания, которым его подвергали, они не могли его принудить отречься от христианской религии. Турки долго содержали и его в тюрьме, и наконец, видя его непреклонность, отсекли ему голову.

     В 1858 году нынешний и патриархальный начальник сделал воззвание к народу, и на собранную сумму 3.000 руб приступил к возобновлению, на прежнем фундаменте, стен древней церкви; а на том месте, где находились развалины монастыря, построил помещение для церковных служителей. Постройка церкви была окончена, и 28 апреля 1859 года происходило торжественное освещение возобновлённого храма святого и Иоакима и Анны. Таким образом, это священное для армян место, где покоится прах мученика Луйс Барона, стало снова доступным для благочестия народного. 

Мы надеемся в одном из следующих номеров Радуги, поместить описание и других церквей древних в Феодосии и в Крыму вообще.

Стенография: Тимур Ян


 Помощь проекту
Читайте еще

Церковь